Раз уж добрались до имен, то продолжим: на сцене Аарон Тернер с аккуратной бородкой американского работяги и слишком трезвым взглядом. Он всю эту канитель, собственно, затеял, поэтому выглядел важнее всех, играл на гитаре, пел и орал. Справа о него — Брян Клиффорд Мейер (или как там произносится Bryant Clifford Meyer), дикого вида клавишник, электронщик и когда надо третий гитарист; рыжий, кудрявый и небритый псих с безумным взглядом и кучей экспрессии. Слева от Аарона басист Джефф Саксайд (хрен эти фамилии разберешь — в общем, он Caxide), бритый наголо злобный дядька, служащий напоминанием, что группа-то перед нами суровая. На одной из песен на «Panopticon» вместо Джеффа играет Джастин из Tool, а разница особо не чувствуется — из этого должно быть ясно, что Саксайд-или-как-там-его крут, аминь.

За Джеффом — ударник Аарон Харрис, и этот человек — бог. Интересно, что на «Oceanic» местами звучит драм-машинка, а там где живые ударные, уж лучше была бы драм-машинка. Тут снова стоит вспомнить Tool — видимо, во время совместных туров Аарон брал уроки лично у Дэнни Керри (объективно одного из лучших ударниковв мире), и оказался способным учеником. Забавно было слушать, как теперь Харрис справляется со старыми песнями. Там, где он будучи неопытным юнцом хреначил тупо, но усердно, он теперь легкой скучающей рукой обыгрывает прямые ритмы ненавязчивой импровизацией, а песни с последних альбомов воспринимает как настоящий вызов, и основательно расходится глухим стуком и звонкими трелями. Слева от всех, немного в сторонке — еще один гитарист Майкл Галлахер, он отвечает за элемент «пост-рок»: окруженный примочками неопрятный паренек, который вечно смотрит под ноги. Это его интуиция так расхвалена выше, он внимательно слушает гитару Аарона, подхватывает ее и они устраивают красивейшую перекличку. Когда вся эта разношерстная компания в моменты рубилова начинала изображать маятники и сгибаться-разгибаться в угарных конвульсиях, становилось даже немного смешно (чувак рядом со мной, увидев это в первый раз, не выдержал и в голос заржал, но быстро адаптировался).

Еще в одном отзыве на концерт было написано, что пост-рок — тупиковая ветвь эволюции, и Isis в очередной раз это доказывают. В принципе, верно, другое дело — как они это доказывают. Они не топчатся на месте, а добегают до этого самого тупика и рьяно бьются о него головой, сначала достигают предельной красоты в тихом развитии темы, потом доходят до предельной жестокости, рубя тему своим сладжевым мечом. В каких-то моментах все это настолько упирается в пресловутый тупик, что кажется вот-вот и они его пробьют, а тогда черт знает что произойдет — то ли струна издаст прощальный жалобный трыньььь и порвется, обрушив на зал самую громкую тишину в мире, то ли порвется граница четвертого измерения и тогда нам всем точно пиздец.

Ну и, в конце концов, самое приятное в Isis, что это все не о сладже, не о пост-металле и не о пост-роке, у них свои темы. В Ikra можно было это прочувствовать в полной мере — то, как они красивое превращают в страшное, а страшное обратно в красивое. Это как самолеты, врезающиеся в небоскребы — люди, которые видят такое, будут в ужасе, но потом в приватной беседе, напившись или просто так сорвавшись, сознаются, что это самое прекрасное, что они когда-либо наблюдали. Такие откровения не проходят бесследно, обязательно должен остаться осадок (вот же штука — дословно sludge означает как раз «осадок»). И если с альбомов группы можно словить лишь непонятный привкус на полчаса, то живое выступление все делает как надо — стойкий соленый вкус железа в довесок к шуму в голове; примерно то же самое после драк чувствовали члены Бойцовского клуба, и именно ради этого они туда вступали.

Фото: Лера Пантеева       

MP3: «Holy Tears» (Live at the Continental Airlines Arena, E. Rutherford, NJ, 10/06/06)

Ссылки: Официальный сайт Isis, MySpace